Добро пожаловать на сайт! У нас собраны самые эротичные девушки обнаженые.Горячие попки влажные киски вас не оставят равнодушными.

Выпускница

Добавлено: 9-06-2014, 05:19


Это был самый кровавый и ожесточенный бой в истории нашей школы – я сухой парнишка крепкого телосложения и среднего роста решился дать отпор Вове Фатулину из 11-го «Б», других классов не было, иначе лавры самого сильного парня пришлось бы вырывать еще у кого-нибудь. Противник по прозвищу «Свинтус» или «Жир», которое он получил благодаря переводу первых трех букв его фамилии с интерпретации английского (FAT–жир) был выше меня на голову, гораздо плотнее и физической природной дури там было как у русского богатыря. Вовка умом никогда не блистал, его все уважали и боялись, слово поперек никто не решался сказать, кроме меня, который с ранних лет занимался борьбой в секции и благодаря отцовским навыкам подтягивал боксерское мастерство. В общем, первым атаковал меня Свинтус, разбил с ходу нос, оставил тени под глазами, пытался задавить весом прямо в школьном коридоре, я умело перебросил эту громадину через бедро, подождал пока поднимется на ноги и плотной серией отправил его спать в угол. Первой, кто подбежал помочь стереть мне кровь с лица, была девочка из младших классов, своими небесно голубыми глазами она вызвала во мне улыбку и протянула белоснежный платок.

- Возьми, у тебя кровь! – подошла ко мне добродушное милое создание, которое в своем белом фартуке напоминала ангела, только крыльев я не видел из-за подбитого глаза.
- Спасибо, малая. Я верну! – поблагодарил ее и обвел взглядом ликующую как в Колизее толпу. – Чего собрались, представление увидели? – зарычал я на одноклассников и удрученную группу поддержки соперника. – Свинтус, вставай, давай-давай, помогу.

Это был одиннадцатый класс, мы развлекались, как могли, но выдавать друг друга не собирались и выручали при необходимости, чтобы достойно отпраздновать свой выпускной вечер, не вылетев с ужасной характеристикой со школы. Это было восемь лет назад, с тех пор мы с Вовой стали неразлучными друзьями, прямо не разлей вода, вот как хорошая боксерская двойка скрепляет мужские взаимоотношения. История эта не о нем, а о той голубоглазой малышке, которая подала платок, проявила свою доброту тогда, когда толпа животных наслаждалась сражением их товарищей, не побоялась пожертвовать свою вещицу и так чувственно отреагировала. Какое-то время я даже следил за этой улыбающейся крошкой, носящейся по коридорам, но потом был выпускной вечер, поступление в институт, взрослая жизнь, работа, ее судьба оставалась неизвестной.

Был конец мая, я после ночной смены усердно надрывался в спортзале после, тяжелая работа на производстве отобрала много сил, я не был резв как в юности, когда позволял гораздо дольше оставаться в ринге и чаще проводить спарринги. Духота в спортивном зале и одышка заставили меня подбежать к окну за глотком свежего воздуха, картина предстала не самая красивая перед глазами – несколько пьяных выпускниц с красными лентами после проведения последнего звонка намеревалась расслабиться, причем у многих в руках я заметил уже початые бутылки со слабоалкогольными напитками. Внимание привлекла симпатичная блондинка, которая сопротивлялась поддатым ухажерам, которые пытались прижать ее к дереву, чтобы не дать отступить назад. Спорткомплекс наш был на отшибе, людей мало бывало в тех местах, в основном спортсмены, да и тех поутру практически не было, поэтому я рванул милашке на выручку.

- Эй, сопляки, руки от девушки убрали! – свирепо приказал я в надежде, что те разбегутся в разные стороны.
- Отвали, не твое дело – высказался бодро один рослый здоровяк.
- Она же сама хотела развлечься, а мы ей помогаем! – подытожил второй.
- Сейчас я вам помогу…отправиться на больничную койку…
Снова-заново два наглеца отправились плакать в кусты, а испуганная, пьяная девица подошла ко мне, пытаясь протереть платком ободранную щеку:
- Ты совсем не изменился! – ухмыльнулась незнакомка, смачивая платок своей слюной и протирая щиплющую ссадину.
- Прости, мы с тобой знакомы? – отпрянул я лицом вбок.
- Ага, знакомы. Ты, конечно, стал плотнее, оброс щетиной, возмужал, но остался все таким же задирой и забиякой!
- Чего-то не припомню такого приятного знакомства. Как тебя зовут?
- Вика. Ты меня совсем не узнаешь?
- Вик я некоторых знаю, но тебя впервые вижу! – оценивающе осмотрел еще раз малышку, похожую на французскую горничную в своем наряде.
- Ты как-то дрался в школе, я тебе дала носовой платок.
- Это была ты??? – вскрикнул я радостно. – Ничего себе как изменилась, так выросла, стройная, симпатичная, оформилась, сколько же в тебеженственности, хоть сейчас бери замуж.
- А ребята вот хотели без замужества получить право брачной ночи. Это они перебрали просто, а так нормальные. Проведешь меня домой?
- Понял, просто крышу снесло от твоего вида. Проведу, нужно только сумку взять в зале.

Мы прошлись аллейками города, где вовсю с подростковым задором отжигала молодежь с лентами, на меня смотрели косо, Вику же подзывали подвыпившие юнцы, которые еще не праздновали своего совершеннолетия, но уже бухали. Прискорбная тенденция России Матушки, не дающей никаких перспектив подрастающему поколению. Моя спутница шла рядом, придерживая меня за локоть своими цепкими, охладевшими после стресса пальчиками, или же это мое горячее тело так воспринимало их крепкое касание. Я провел Вику до самого подъезда, она же вошла в его прохладный полумрак, попросила довести до двери, отказывать не стал, мне это нравилось, чувствовал себя романтическим героем литературной эпопеи, благородным спасителем вроде Зорро. Мы остановились на ступеньках, ее красиво выступающая из-под платьица грудь редко и высоко поднималась, блеск в глазах, здоровый подростковый румянец на щеках, слегка распахнутые губы намекали провести Вику за двери на первом этаже. Она хотела сказать что-то, но тут в подъезд заскочила бабуля, встала между нами:
- Молодежь, я вам не мешаю?
- Мы вообще-то разговариваем, баба Нина! – сменила девчачью влюбленность в голосе на тон недовольной самки Виктория.
- Знаю я ваши разговоры. Каблуки напялила, юбку короткую надела, вылитая шлюха! А этот уже, небось, свой хрен приспособить готовился, да не срослось – Нина Анатольевна зашла!!! – с этими словами бабка невидимым моему глазу движением ухватила меня за яйца.
- Не было такого, я просто девушку домой проводил! – скрежета зубами признался я старушке.
- Девушку? Мала она для тебя, проходимец.
- Ничего, я подожду! – говорил первое, что в голову приходит.
- Марш отсюда, чтобы духу твоего здесь не было! – прогнала меня низкорослая, высохшая, беззубая старушенция.
- Ухожу-ухожу.

Я помахал рукой рассмеявшейся Вике и выбежал из подъезда, цепляясь сумкой за двери, на что ополоумевшая бабка отреагировала еще хлеще. Идти по дворам не стал, решил обойти дом другой стороной, чтобы не влипнуть в неприятности и тут в окне я увидел ее, свою школьницу, у которой не взял номер телефона, не пригласил на свидание, не предложил вместе отужинать или просто сходить в кино. Я ничего не делал, потому что не было особенного желания, это было словно рутина, после которой я должен был отправить домой, высыпаться после ночной смены, но вдруг во мне проснулось какое-то чувство, не спорю, оно было тесно переплетено с похотью. Вика стояла спиной к окну и не догадывалась, что за ней неприлично следят, занавески были распахнуты, я замер на вытоптанной тропинке с раскрытым ртом, это было потрясающее зрелище, за которое меня районные бабушки могли растерзать, приняв за извращенца. Стоял до чертиков в голове пьяный, крыша съехала сразу, когда школьная униформа упала на пол, показав мне изящную спинку с выступающими лопатками и изгибами, не желая привлекать внимание прыжками, я высоко встал на носочки в попытке рассмотреть попочку выпускницы. Если бы я в тот момент стоял на балконе, то просто выпал бы с него и разбился о землю, здесь же была какая-то магия, которая удерживала меня в вертикальном положении как опытную балерину. Вика неторопливо гладила свою талию, вульгарно хлопнула по попке, сделала несколько танцевальных телодвижений, словно в попытке соблазнить зеркальное отражение, затем хотела расстегнуть лифчик. Изнутри член стал крепче закаленной стали, крайняя плоть разъехалась на головке и неприятно уперлась в потные трусы, в гениталиях чувствовалась приятная боль, которая могла бы стать чем-то приятным в этом плотском порыве. Еще несколько секунд и из пениса могли ударить фонтаном брызг запасы семени, сперма давно копилась внутри тела, ей ничего не стоило излиться, но импровизированному стриптизу было не суждено долго продолжаться, Вика обернулась. Она увидела обомлевшего меня, подбежала к окну, распахнула широко его вовнутрь комнаты, положила свою спелую, аппетитную грудь на подоконник и растянула щеки в невинной улыбке:
- Не стыдно за школьницами подсматривать?
- Очень стыдно, но не смог устоять перед такой красотой.
- А я сразу тебя заметила, но девушка же может своему парню показывать тело?!?!
- Но я ведь не твой парень.
- А бабе Нине ты только что другое рассказывал. Обманщик – платок обещал вернуть, бабке наврал нагло в глаза, если это у тебя стыд выпирает из штанов, тогда здесь ты сказал правду! – заставила чертовка меня засмущаться. – Но радует, что моя ненормальная соседка твое хозяйство не раздавила, оно ведь может кому-нибудь пригодиться.
- Например, тебе?
- Ну, не знаю. Я девочка порядочная, заметь, контрольное слово здесь «девочка».
- Такой тебе и оставаться до совершеннолетия.
- Оно у меня совсем скоро, как раз выпадает на день школьного выпускного бала. Мне нужен будет сопровождающий, чтобы туда довел и обратно забрал, не позволив напиться суррогатного алкоголя.
- Постой, мы только с тобой познакомились.
- Дурак, мы давно с тобой знакомы и это не является определяющим фактором. Ты телефон у меня собираешься брать??? – вся зарделась Виктория, начало солнышко призывно стрелять широко распахнутыми глазищами, поправлять взмахом волосы, будто в рекламе известного шампуня.

Мы обменялись телефонами, сразу же, как отоспался, набрал ее, предложил прогуляться, она рассказала мне о постоянно работающей матери, нехватки внимания отца, который как последний подлец бросил их, нежелании идти на выпускной вечер, где все девочки будут нарядные как принцессы, а она будет в стандартной одежде. Мне стало жалко девчонку, она тронула мое больное место, заставила дрожать всем телом после прощального поцелуя в губы, и тогда я твердо решил, что подарю Вике лучшее платье из тех, что будет. Все свободное время проводил с ней, когда я уходил работать, она уходила с головой в учебу и готовилась к экзаменам, время неслось на сверхзвуковой скорости и непоколебимо приближало выпускной вечер. Ради своей малышки я решил потратить накопленные сбережения, мы посетили портного, сшили ей платье, пригласили домой парикмахера, из подъезда вышли под руку и все бабушки просто замерли, даже баба Нина раскрыла вставную челюсть. Это был мой ей подарок на совершеннолетие, дополненный роскошным, пышным букетом цветов, с которым она носилась по квартире вприпрыжку. Перед уходом в школу в последний раз моя уже совершеннолетняя избранница крепко поцеловала меня в губы, после чего прошептала на ухо:
- Я постараюсь не задерживаться.
- Хорошо, малыш! - ласково я назвал ее. – Ты найдешь меня здесь.
- Ты самый лучший – последовал еще один сладкий, страстный, но уже воздушный поцелуй. – Все произойдет именно этой ночью!

Спустя несколько часов моя Вика появилась в ночных огнях освещенного учебного заведения, она плыла медленной поступью походкой от бедра, волосы распустила до плеч, щеки горели румянцем от выпитого шампанского, а сама она светилась от счастья сильнее звезд на небе. Нетрудно было догадаться, что мы отправились не к ней домой и даже не ко мне, нужно было романтическое место для ее первого раза, но чтобы там никого не было во время интимного уединения. Мы пошли на местный водоем, выбрали укромную поляну перед водой и под раскинувшимся небосводом упали на траву, вглядываясь в мерцающие огни небесных тел, мы дышали теплым, пропитанным влагой и запахами растений кислородом, молчали, скрещивали пальцы и возбуждались от нашей отрешенности. Весь мир был где-то в стороне, а мы были там, готовились морально к физической близости и мне почему-то думалось, что Вика совсем не переживает о потере девственности, будто мама дала ей дома ценное наставление. Внутренний напор переполнил мою любимую, она дала волю своим ручкам, будто дикая хищница, вырвавшаяся из клетки после многолетнего плена, начала шерстить ниже пояса и когда нашла неспокойно восставший там детородный орган, захотела его поцеловать. Я же уже искал под платьем изящные трусики, которые Вика подбирала самостоятельно, их не было, потому что плутовка перед выходом из школы сняла их в туалете и положила в сумочку к своему выключенному телефону. Я тяжело выдохнул, Вика дыхнула мне в ответ горячим воздухом с ароматом мяты и едва различимого запаха перегара, этот порывистый выдох говорил о готовности приступить к ритуалу посвящения ее в женщины. Под шум теплого ветерка мы слились в объятиях, запутались в конечностях друг друга окончательно, стали единым целым, которое не разъединить и не оторвать от него кусочек от этого клубка. Обнаженные коленки поднялись выше тела, ножки согнулись и раскрылись книжкой, платье быстро снялось через голову, раскрывая только для меня поспевшую грудь совершеннолетней самки. Глаза метались между промежностью со скользкой щелкой и сосками, которые были как два сладких вишневых леденца для моих губ. Я грамотно распределил точки воздействия – лизал соски, трогал клитор и гладил рукой волосы моей выпускницы, она же медленно и неумело теребила член, назревал опасный момент первого раза, до него оставалось сделать один толчок. Вика взглянула на меня в свете полной луны:
- Постарайся сделать это не больно! – с сомнением в собственных словах произнесла малышка.
- Тогда лучше быстро! Будто иголкой кольнет.
- Сам решай и не церемонься со мной как с маленькой, представь, что ты в объятиях женщины, которая это уже пробовала! – доступно раскрыла пальцами чрево Вика и зажмурилась.

Я не стал тут же проникать в мою девственницу, подарил ей немного расслабляющего блаженства, заставил радостно постанывать при проникновении языка в вульву, трепетно задыхаться от приступов сексуального наслаждения, после чего поравнялся с ней лицом и резво вогнал кол любви в непорочное лоно. Вика не ожидала подобной реакции, хоть и готовилась к ней морально, поэтому пальцы непроизвольно вцепились в мои плечи, она выгнулась дугой, вскрикнула «мамочки», а потом пустила скупую слезу.

- Больно? – стер я платком кровь с члена и остатки сукровицы с половых губ.
- Терпимо…неожиданно…не совсем приятно. Потом же будет лучше? – пыталась улыбнуться моя ночная богиня красоты.
- Давай просто полежим в обнимку, нам незачем торопить события.
- У тебя были еще девственницы?
- Неуместный вопрос. Похоже на провокацию. Можно я не буду отвечать?
- Нельзя? Теперь я женщина и мне интересно, смыслишь ли ты в том, что делаешь.
- Вопрос ребром. Было это давно, тогда у девушки крови много было, боль резкая, мы сразу же прекратили. Поэтому на многое я сегодняшней ночью не рассчитывал!
- Очень прямо. Спасибо. Но я бы хотела продолжить, ведь все-таки мне восемнадцать и этот момент должен запечатлеться в памяти не как посиделки у воды, а как самый красивый, трогательный, запоминающийся секс в жизни.

Вика не успела договорить, как я включил брутального самца внутри себя, повалил ее на спину, оказался между ног, где все еще сочилась липкими выделениями вульва, приспособил член, вошел с прытью опытного умельца и начал медленно иметь свою выпускницу в миссионерской позе. Она принимала мою плоть с нежеланием, но вскоре все кардинально переменилось, напряжение ушло, ножки раздвинулись и не стали больше стеснять мои телодвижения бедрами, глаза начали сиять иначе и в них я теперь видел не отражения звезд, а плотский пожар вожделения. Щетина на девчачьем лобке терла внизу живота, очень похожие ощущения получала головка от пребывания в неразработанном, уже не девственном лоне, губы Виктории тянулись к моей груди, я же насладился вкусом кожных покровов шеи, плеч, щек. Пальцами трогал груди моей девочки с острыми, упругими, твердыми как две миниатюрные скалы сосками. Отзывчивые кругляшки сосковых ореолов проявили на поверхности молочные железы, имевшие вид белесых маленьких прыщиков, которые невозможно раздавить, им я уделял больше внимания, нежели двум горошинам.

- Ускорься, мне так хорошо от твоего…дружка! – скромно запела в истоме Вика.

Собрав всю свою опытность в кулак, и отключив чувствительность, стал чисто механически ерзать внутри любимой, в голове мелькали какие-то грязные мысли, но как только я встречался взглядом со своей выпускницей, член как помпа со встроенной пружиной хотел дать толчок для выброса наружу жгучего, горячего концентрата. Он как та лодка, плывущая по горной реке с ухабами, только поток представляет собой скользкую, вязкую смазку, а чрево будто капкан, который не позволяет его покинуть до наступления эякуляции. Хотел вынуть детородный орган, чтобы спустить малышке на живот, но она страстно прижалась тазом, сделала несколько сильных толчков навстречу судьбе, а потом с содроганием, возгласами и стонами приняла в себя каждую каплю любовной слизи. Между нами легкое недопонимание, не думал, что Вика настолько люблена, чтобы связать свою судьбу с моей навсегда, сам-то тоже хорош, отымел скороспелую акселератку без презерватива и ждал, что она захочет чего-то, кроме создания семьи.

- Зачем? – сорвалось у меня с губ.
- Захотелось! – блаженно съязвила Вика.
- А поступление в институт, получение высшего образования, достойная работа? Это все тебе не нужно?
- А когда одно мешало другому? Ты не переживай, меня мать одна воспитала…
- Просто думал, что возлагаешь большие планы на учебу в столице.
- Возлагала месяц назад, а потом передумала. Влюбилась в дурака, который тугодумкаких свет не видел.
Я понял, что это сильнейшее из чувств, если не сказать ничего в ответ, то момент будет раздавлен под катком недопонимания, все фантазии померкнут, чувства растворятся с рассветом солнца и больше никогда не возродятся снова.
- Я тебя люблю, глупышка! – прошептал в ответ. – Хотел как лучше.
- Для меня лучше, когда ты рядом. Пойдем к тебе, а то меня сейчас комары сожрут! – рассмеялась сквозь слезы моя избранница.

Когда мы вбегали в подъезд, моя соседка (имени не знаю, так как недавно въехал в новую квартиру) обсмотрела мою спутницу, после чего язвительно высказалась:
- Полночь уже, а вы цокаете как лошади своими каблуками.
- У вас сестры случайно нет! – намекнула на бабу Нину Вика и мы оба рассмеялись.
- Вот бляди, Сталина на вас нет, он бы всех расстрелял.
- Прекращайте выражаться, это моя будущая жена, между прочим, а не какая-то проститутка.
- Ну, раз жена, тогда милой бабушке рот можно закрывать? Сейчас как дам тростью по горбу, хулиганы!

Только она замахнулась, мы юркнули в мое холостяцкое, скромно обставленное гнездышко, кровати не было, поэтому пришлось спешно раскладывать зальный диван, нам хотелось заниматься любовью даже несмотря на отсутствие штор, вместо которых на окнах виднелась старая тюль. Вике очень понравилось быть женой, она вошла в образ, после чего мы снова схлестнулись в объятиях, гулко грохнулись на диван, от желания завладеть юной прелестью у меня появилась неугомонная дрожь в руках, по спине, будто цунами прокатилась волна мурашек. Член будто аккумуляторная батарея начал расти, набирать в себя энергию, которая вытолкнет при определенных условиях белую эссенцию из уретры, Вика прижимает его своим телом и оттого он начинает аккумулировать запасы активнее. Теперь Вика сверху, я снизу тяну свои руки к ее грудям, глажу бока талии, щекочу пальцами клитор, который предательски выглядывает в мою сторону из своего капюшона.

- Муж, хочу пососать твой твердый, упругий пенис. Можно? – заигрывает со мной шепотом Виктория, но ее слова гулким, звучным эхом разносятся по полупустой квартире.
- Жена, попробуй! – сказал ей громко настолько, что соседским ушам пришлось бы оглохнуть, если бы они прислушивались к нашим шорохам через стену.
- Жена... Мне нравится! – кокетливо произносит моя выпускница и накидывается на пенис ртом.
- Не знаю, откуда такая сноровка и навыки, но они мне определенно нравятся! – замечаю, что сосет малышка божественно.
- Мой секрет – порно и бананы. Или ты думал, я буду совершенно неподготовленной?
- Не отвлекайся, продолжай, озорница! – шутливо реагирую на ёрничество партнерши.

Причмокивали недолго губы на моей сосиске, ведь девичье лоно, попробовав единожды сласть плотского сближения, захотело вновь отведать этого приятного наркотика, крошка встала на корточки, приноравливалась насесть на пенис с наскока за незнанием техники, но потом догадалась рукой вставить грибок в свое текущее лукошко. Во время второго погружения перископа в глубины удовольствия уже не замечалось неожиданности, Вика не суетилась и все делала так, как ей подсказывало природное чутье, инстинкты, желания. Она сама не анализировала ситуацию, просто наслаждалась моментом и не давала мне расслабиться ни на мгновение, все время пыталась как-то затронуть, бередить свою плоть, ласкать придатки пениса, не входившие во влагалище, нежничать во время наших страстных поцелуев, проникать мне в рот языком. Мне оставалось лишь следить за юным очарованием, подыгрывать девчонке, которая сорвалась с цепи в попытке заполучить оргазм, ее тело вбирало в себя мой орган любви и отзывчиво приближало первый вагинальный экстаз. Волна взрывной пульсации, бесконтрольных толчков стенок влагалища, телесной дрожи обрушилась на мой член, я сполна пресытился этими ощущениями, сам стал ощущать резкий наплыв эмоций, пружина, о которой я уже вспоминал, сократилась до максимума. А потом наступила разрядка: сперма ударила вовнутрь Вики, ее накрыло еще сильнее оргастической эйфорией, член продолжал выдавать все новые порции семени, после чего замер, дрогнул последний раз, выдавив из себя весь нектар, и прекратил истязать партнершу столь непривычным для нее поведением.

- Вот это было еще неожиданней! – смеясь, закричала Вика, оперлась мне на плечи руками, а потом вовсе повалившись без сил охладевшей от высыхания пота грудью на мой торс.
- Нет слов, одни эмоции.
- Хорошие?
- Лучшие! – торжествовал я. – А при семяизвержении уши заложило, думал, что оглох.
- Ого.
- Наши половые органы будто заточены друг под друга.
- Мое колечко для твоей палочки?
- Член для влагалища! Давай говорить взрослыми терминами!
- Ху... для пиз...ы! – перекрывал ладошкой губы, чтобы разгулявшаяся негодница не произнесла плохих слов вслух.
- Порядочными и не пошлыми желательно. А то вдруг нас кто-то скоро будет подслушивать! – провел я руками по бокам живота Вики.
- Говорят, бог любит троицу.
- Не торопись, у меня не моментальная перезарядка!
- Жаль! – расхохоталась довольная как тигрица после случки с тигром бесстыдница. – Теперь твой член – моя собственность и попробуй им воспользоваться без моего разрешения.
- Собственницу не включай. Я однолюб и этим все сказано.
Мы заснули, проснулись только под утро, голые, липкие от пота и присохшей спермы. Лицо Виктории озарило счастье, которое сменилось ужасом:
- Меня мама прибьет!
- Почему?
- Крышу так снесло, что телефон забыла включить.
- Признайся, это ты нарочно, чтобы не наяривала!
- И это тоже. Она у меня любит лишний раз попереживать. Нужно срочно ей позвонить.
- По собственному опыту знаю, что лучше не звонить, чтобы дважды не отхватывать. Ты вся на взводе, но не стоит так переживать, все-таки выпускной, совершеннолетие и мамина ночная смена редко пересекаются. Секс, говорят, снимает напряжение!

Это был самый быстрый секс в моей жизни, мы не занимались любовью, а в остервеневшем темпе трахались с серьезными взглядами друг на друга, не было и помысла включить усмешку, настолько все выглядело трогательно. Мой дикий восторг проявлялся в мощных толчках члена, ее призывное молчание с рвущимися из горла стонами и подмахивание таза говорило за себя, концентрация флюидов выходила с потоком страсти, плоть ликовала и чавкала. Это был самый серьезный и приятный ритуал зачатия в мире! Я был на пике наслаждения, вершина удовольствий подарила мне блаженство, после которого жизнерадостный смех порвал нас обоих без слов.

- Нужно собираться!
- Последний поцелуй и бежим к тебе...
- Получать по шее от мамы.
- Она все поймет.

Я не стал строить из себя пижона, надел повседневную одежду, а вот моя принцесса с потрепанным видом старалась у зеркала вернуть вчерашний образ. Сначала надела потрясающее черное нижнее белье, потом немного измятое платье с остатками травы,надела босоножки, нанесла дрожащими руками тушь, тени, придала форму волосам, оставалось нанести помаду на губы перед выходом.

- Позволишь? – предложил я сделать последний штрих.

Она молча кивнула, зажмурилась, словно не хотела видеть, как я испорчу ее внешность неумелыми действиями, выставила губки и прихватила меня за талию, чтобы не потерять равновесие. Нанес состав на алые после бурной ночи уста, хлопнул по оттопыренной попке, чтобы отряхнуть приставшую травинку и пыль, поправил волосы любимой сзади, она была настолько красива, что захотелось снова, но нужно было выдвигаться. Мама даже не думала переживать, она спокойно ждала милое чадо к позднему завтраку, а наши прихваченные в магазине конфеты с ликером к кофе пришлись очень кстати. Она все поняла задолго до выпускного вечера своей дочери, когда же я подарил изумительный букет и платье, было два выбора – запретить празднование ради срыва нашего коварного плана или же подарить шанс отношениям ради создания новой ячейки общества. Мама не продешевила с зятем!



Выпускница